23.11.2008 в 09:11
Пишет Геда:

Ямиманга, том 5, глава 11
Из середины тома, потому что именно эту главу я только что переводила )
Предыстория:
Граф на досуге пишет роман, причем у него на редкость удобный способ: он придумывает персонажей и сюжет, а книга сама себя пишет. Цузуки случайно затянуло в такую книгу. А персонажи – знакомые все лица. Сам граф в роли местного помещика, девушка-Цузуки, которую он хочет себе в жены за долги, ее друг детства, а ныне управляющий у Графа Тацуми и т.д.
Своему гендерсвитчу Цузуки дал имя Рука, как звали его сестру, и при помощи Бякко и пары фокусов заработал для нее денег и избавил от долгов. Мда, почему он сам для себя денег заработать не может?
Но так вышло, что как раз в это время в городе началась чума, и Цузуки, незнакомца со странными глазами, обвинили в том, что он принес болезнь. И посудили, что хорошо бы его сжечь – а Управляющий/Тацуми горячо поддержал идею. .
Итак, на начало 11 главы мы имеем горничных Саю и Юму, сетующих на людское несовершенство, глядя из окошка на погоню за Цузуки. Между делом вспоминают, что давненько не видели алхимика, и вообще пора подать барчонку чай.
Барчонком (boucchama) у нас Хисока. И он пьет травяной чай перед сном. Может реальному Хисоке тоже попробовать, поможет?

*
А алхимиком у нас, понятное дело, Ватари.
И он знает странные песни. Про велосипед и воробышков. Песни частично удалось опознать как школьные считалочки. И еще он изобрел всемогущее любовное зелье, но по сравнению с песнями это не очень интересно.

*
В коридорах замка – а замок у Графа просторный – Алхимик встречает Барчонка, который наблюдает из окна за охотой (а кому Сая и Юма несут чай?). Местный Хисока так же "вежлив" и "обаятелен", как и его прототип. При этом зелье Не-Хисоку сильно заинтересовало – оказывается, он против женитьбы своего отца (Графа) на гендерсвитче. Удар по шипперам Цусоки - не потому, что ревнует Руку, а потому, что не хочет, «чтобы отец забыл маму». Эээ, мальчик, твой папа вроде взрослый человек и может жениться на ком хочет? Продать ему зелье Алхимик отказывается, зато дает что-то взамен, с лучезарным видом сообщив, что он всегда «на стороне красивых женщин и детей». Удар по шипперам Татари – заметьте, не на стороне очкастых управляющих!
Вообще есть смысл подумать над тем, что это может значить в контексте реальных отношений Хисоки с родителями. Он не хочет, чтобы отец женился второй раз - второй раз Нагарэ женился как раз на Руй, матери Хисоки. Впрочем, на момент написания 5 тома Мацусита могла вообще еще не знать, кто такой Нагарэ.

*
А ЦузукиМ и ЦузукиЖ тем временем заблудились – они и по одиночке-то с трудом находят дорогу, а тут проблема удвоилась. Рука оптимистично верит, что, если пойдут прямо, то выйдут к дому, так как земля круглая, но тут их настигает погоня во главе с Управляющим. Управляющий Очень Зловеще Выглядит.

*
В реальном мире Хисока и Татсуми читают книгу – развитие событий им не нравится. Но граф уверяет, что остановить самопишушуюся книгу нелегко. К тому же, граф очевидно предвкушает свои кинки (Цузуки, пытки, стоны). Мы наблюдаем один из вечных конфликтов сторонников (Граф) и противников (Тацу и Хи) фиков с насилием.
Хисока читает дальше – Цу сбежал при помощи Руки. Реакция Хисоки тут восхитительна – «а это поможет? Он все равно заблудится». Кстати, на тему типирования – я за то, что это болевая ЧЭ. Не верю, что Хисока не переживает за Цузуки. Но видимых проявлений беспокойства – ноль.
Тацуми с очаровательной улыбкой интересуется у графа, почему это он – отрицательный персонаж.
Вот тут момент, в переводе которого я не уверена. Вслед за англоскриптами перевела «потому что ты выглядишь, как злодей». Тацуми эта фраза почему-то необычайно взбесила, имхо странная реакция, спишем на крэковость момента.

*
Цузуки бежит по темному-темному лесу и Страдает. Опять слышит голоса в голове «ты их всех убил», и проявляет чудеса налюдательности – «даже в другом мире синигами остается синигами» (хитокири ва хитокири, синсэнгуми ва синсэнгуми (с) Сайто Х.)
Символические параллели от Мацуситы – Цузуки мечется по кругу в своем внутреннем мире, не находя выхода, Цузуки бегает по кругу в мире внешнем, вернувшись на то же место, откуда сбежал. И подслушивает из кустов ссору Руки и Не-Тацуми.
Еще чуть-чуть параллелей – Рука крайне эмоционально обвиняет Управляющего в том, что он отыгрывается на Цузуки за то, что тот сорвал ее свадьбу с графом. «Так сильно хочешь выслужиться? Так сильно меня ненавидишь?» Управляющий с мрачным и грустным видом констатирует, что она никогда его не понимала.
Ну аналогия понятна – Тацу забоится о Цу, как умеет, и хочет, чтобы тому было лучше, Цу не понимает его мотивов, делает поспешные выводы о том, что Тацу плохо к нему относится, комплексует и истерит. Про то, что Не-Тацу больше всего на свете хочет, чтобы Рука была счастлива, Цузуки слушает с широко распахнутыми глазами. А тут еще появляется жук-хранитель книги и уверяет, что все это трогательное – настоящие чувства Тацуми, т.к. в основу образа управляющего положен его характер.
Вот по моему, жук гонит тут. Образ мыслей персонажа фанфика может быть похож на героя, с которого списан, в каком-то приближении. Но все равно это будут мысли автора фика – т.е. то ли графа, то ли жука, смотря как там эта книга самопишется.
Если это правда, то возникает куча вопросов по поводу Не-Хисоки и того же Не-Тацу – то, что он сделает на следующей странице, я категорически не хочу признавать IC.
Лирическое отступление: Наверное, я все это говорила уже, не помню.
Тацуми, как и книжный двойник, заботится о Цузуки довольно кривыми способами.
В принципе, Тацуми – человек действия. Его забота носит несколько материальный характер – защитить от Мураки, сводить в кафе, вытереть рот платочком (убила бы!), и т.п. А Цузуки - существо, живущее больше у себя в голове, чем в материальном мире (за исключением пожрать, конечно. Так что вариант с кафе прокатит, но ему препятствует естественная жадность Тацуми). Ему нужна не только поддержка действиями, но и нечто большее, а вот это большее Тацуми не в состоянии ему дать, т.к. не улавливает.
Я понимаю его логику так – не могу помочь, так хоть не помешаю, а если понадобится практическая помощь, которую я могу оказать – тогда я буду рядом.
И не понятно ему, что Цузуки может быть плохо от того, что Тацуми на него плевать (или, того хуже, Тацуми его терпеть не может - ведь раздражения и упреков Тацуми не скрывает).
В общем, оба идиоты, каждый по-своему. Должна признать, что Цузуки намного больше – тем более, ему-то положено понимать чувства других людей. Почему же он тут-то такое дерево? Настолько не сходятся характерами?
*пятиминутка фангерлизма: Цузуки здесь такой, такой… такой лааапаааааа!*

Колонка Мацуситы.
Тут интересное, про сэйю к драме. Она в восторге от Хаями Сё, так и слышала его голос, когда придумывала Мураки, и считает, что отлично получилось. Морикава и Сэки (Тацу+Ватари) ей тоже очень нравятся, Морикава работал в полиции и был старшим научным сотрудником. Тут я несколько озадачена - попыталась найти биографию Морикавы, нашла только то, что он еще и в музыкальной группе поучаствовал. Такой разносторонний или мы с визовским переводчиком не поняли, что там написано?

*
Управляющий стреляет в Цузуки.
А вот это уже как-то дико странно.
Хуже, это подло. "Второе я" Тацуми? "Второе я" Тацуми без колебаний и с видимым наслаждением убивает человека, который ничего плохого ему не сделал, который помог его возлюбленной, который похож на его возлюбленную, а потом еще и врет, что тот первым на него напал? Мне не кажется, что Тацуми способен на подобную бессмысленную жестокость. По крайней мере, реальный Тацуми ни разу так не поступил. Он даже тех людей Ивао не убил. Может, Тацуми не добрый (хотя я верю, что добрый), но он не подлый.
Короче, фанон эти персы, фанон.

*
Тем времерем в реальном мире реальный Тацуми:
«Думай. Должен же быть способ вернуть его из мира книги».
Вообще факт убийства Цузуки читатели восприняли на удивление спокойно. Про Хисоку уже говорили, а про Тацу - вот поэтому я называю его человеком действия. Его альтер-эго только что пристрелило его любимого человека друга, а он хладнокровно думает о выходе из ситуации.
Появляется Ватари и приносит с собой бога из машины. Как метко заметила Luna glass wall, это умение Ватари – превращать рисунки в реальность - появилось только здесь в первый и последний раз. Ну, мы простим это Мацусите-сан, да?
Далее следует прекрасный момент взаимодействия Тацуми и Ватари – рекомендую любителям пейринга.
Сначала Тацуми фактически кричит на Ватари «ВАТАРИ-САН! Есть способ спасти Цузуки!» (вот и схлынула сдержанность, когда выход появился) – Ватари сначала напуган, потом озадачен. Когда же Ватари понимает суть проблемы и приступает к действиям, он чуть ли не приказания Тацуми отдает и тот его слушается (!)

*
Три дня спустя в книге…
Мне пришлось признать свою несостоятельность, как переводчика. Фразу «люди фиолетовоглазым синигами оскверненный город с новыми богами договором (новым договором с богами) восстановление города что-то там» я честно не осила и до сих пор пребываю в недоумении по поводу истинного смысла . Я долго медитировала, правда. Дальше идет пояснение – другими словами, церемония обмена клятвами перед богом.
Т.е. речь идет о свадьбе. Как она поможет очищению города? То ли МБ, то ли мне надо идти учить японкий. Впрочем, три перевода на а.я., которые я видела, не показались мне более осмысленными.
Финал главы – Рука в свадебном платье с пустыми глазами - видимо, ее уже опоили зельем.

Счетчики:
Топографический кретинизм Цузуки: +1
Граф-извращенец: +1
Цузуки слышит голоса в голове: +1
Ватари называет Хисоку "бон" даже когда он не Ватари + сколько-то, не считала.



URL записи